Внезапный выход России из Болонского процесса образования породил массу слухов и разговоров относительно дальнейшей судьбе системы высшего образования в стране. Чиновники обещают создание «новой и уникальной» собственной концепции образования, однако не все эксперты уверены в эффективности такой идеи. Что означает отказ от Болонской системы и что ждёт российское образование в долгосрочной перспективе?

Что такое Болонская система?

Болонский процесс был запущен в середине 1970-х годов министрами образования крупнейших стран Европы. В результате длительных переговоров в 1999 году была подписана декларация, создавшая Европейское пространство высшего образования (ЕПВО), объединившее несколько десятков стран Европы. В 2003 году к ЕПВО и Болонскому процессу присоединилась Россия, а чуть позже – ряд других стран с постсоветского пространства.

Суть Болонской системы состоит в создании общей системы высшего образования в Европе. Посчитав, что разнообразные национальные проекты образования не приносят эффекта и мешают глобализации, создатели Болонского процесса предложили крупнейшим странам Европы сблизить системы высшего образования следующим образом:
• создать общую систему двухуровневого обучения: бакалавриат и магистратуру
• внедрить общую систему оценивания и перезачёта учебных курсов
• улучшить возможности студенческой мобильности – через идеи из предыдущего пункта, а также другими методами.

Все эти меры должны были привести к тому, что обучение в любой стране-участнице Болонского процесса должно было быть полностью сопоставимо с обучением в любой другой стране этой системы, вследствие чего у студентов и преподавателей не должно было возникать никаких проблем с реализацией программ сотрудничества с другими вузами, программ обмена учащимися и т.д.

Болонская система в России

В России Болонская система прежде всего ассоциируется с двухступенчатой системой высшего образования: бакалавриатом и магистратурой. Если система «бакалавриат-магистратура» была введена довольно быстро и почти повсеместно (за исключением некоторых направлений, например медицины, где осталась система специалитета), то остальные положения Болонского процесса вводились с большим трудом. Так, программы международной мобильности до сих пор есть далеко не во всех вузах, а система оценивания и перезачёта дисциплин в разных учебных заведениях так и не стала общей. Вследствие всего этого дипломы российских вузов до сих пор так и не стали «своими» в Европе: к примеру, доктор юридический наук Илья Шаблинский утверждает, что «российские дипломы и без того не особо котировались» за рубежом.

Критика Болонской системы в России идёт уже не первый год, и связана она главным образом именно с двухступенчатой системой образования. Противники Болонского процесса выдвигали следующий аргумент: 4-летний срок образования в бакалавриате вместо 5–6-летнего в специалитете создаёт риск того, что закончивший бакалавриат студент, не перейдя в магистратуру, может остаться «недоучкой». Кроме того, критику также вызывала возможность студента поступить на магистратуру по направлению, часто противоположному тому, на котором он отучился в первые четыре года: так, министр высшего образования Валерий Фальков критиковал в недавнем интервью получение непрофильного диплома магистратуры на примере журналиста, идущего в магистратуру на юриспруденцию.

Что случилось сейчас?

Министр высшего образования РФ Валерий Фальков

В начале мая несколько чиновников призвали отказаться от Болонской системы в России, а уже в конце мая министр Фальков в комментарии «Коммерсанту» заявил: «К Болонской системе надо относиться как к прожитому этапу. Будущее за нашей собственной уникальной системой образования, в основе которой должны лежать интересы национальной экономики и максимальное пространство возможностей для каждого студента».

Вскоре после этого вопрос выхода России из Болонского процесса начал обсуждаться на государственном уровне: 25 мая стало известно, что работу над выходом из Болонской системы начала Госдума, а ряд высокопоставленных лиц поддержал данную инициативу. Однако процесс выхода значительно ускорился после того, как в начале июня стало известно о том, что Россию исключили из Болонской системы образования. В соответствующем заявлении замглавы Минобрнауки Дмитрий Афанасьев сказал следующее: «11 апреля Болонская группа объявила решение прекратить представительство России и Республики Беларусь во всех структурах Болонского процесса».

Что предлагают сделать?

Подтверждение выхода России из Болонской системы сподвигло чиновников на создание множества «проектов» новой системы российского образования. Заявления были разнообразными, однако большая их часть была довольно умеренной. В основном политики предлагали «поэтапный» отказ от Болонской системы с сохранением основных её институтов: системы бакалавриата и магистратуры, а также возможностей мобильности в том формате, в котором она ещё возможна. После нескольких дней молчания обширное интервью о выходе России из Болонского процесса дал «Коммерсанту» Валерий Фальков – в нём он также подтвердил, что систему двухуровневого образования планируется сохранить ввиду того, что многие люди в России «симпатизируют этим форматам образования», а также по причине наличия большого количества иностранных студентов в стране.

6 июня в Госдуме было озвучено несколько законопроектов, предлагающих различные варианты выхода из Болонской системы образования. Эти проекты уже оказались более радикальными по сравнению с заявлениями чиновников несколькими днями ранее. Так, сенатор Лилия Гумерова предложила ограничить возможность поступления студентов на непрофильную магистратуру (как именно – пока неизвестно), а также сократить количество программ бакалавриата на некоторых технических направлениях подготовки (к примеру, инженерии) в пользу специалитета. Другие проекты оказались схожими по содержанию: они также были сосредоточены на поддержке системы специалитета и идеях об ограничении обучения на разных профилях.

Что думают эксперты?

Мнения учёных и экспертов в вопросе отмены Болонской системы в стране разнятся, однако большая часть специалистов настроена более пессимистично, нежели российские политики. В частности, эксперты утверждают: подобные меры значительно ограничат возможности сотрудничества российских вузов с европейскими и, соответственно, дополнительно осложнят возможности российских студентов в обучении за рубежом. Больше всего, однако, эксперты критикуют саму систему специалитета. Так, аналитики Forbes пишут о том, что согласно последним исследованиям современный мир особенно нуждается в «специалистах с междисциплинарными компетенциями» — то есть тех, кто не сосредоточен на своей специальности, а способен применять на практике знания из различных научных дисциплин: к примеру, писать научные работы на тему, находящуюся на стыке экономики, социологии и математического моделирования. Декан факультета политических наук Европейского университета Григорий Голосов уверен, что отказ от двухступенчатой системы образования потребует также «полной переработки учебных планов», которая может занять не один год.

В том случае, если система «бакалавриат-магистратура» останется как минимум в частичном формате, прогноз будет более оптимистичным, считают эксперты, хотя и останется ряд «подводных камней». Так, депутат Олег Смолин считает, что в случае постепенного отказа от двухуровневого образования в пользу специалитета доля последнего в российском образовании вырастет, что может стать «исправлением ошибок», осуществлённых в результате слишком стремительного перехода на Болонскую систему. Иными словами, возвращение к 5-6 летним программам обучения позволит избежать ситуаций, при которых учебные программы искусственно урезались до 4 лет с целью «подстроиться» под формат бакалавриата. Однако Смолин подчёркивает: всё это это возможно лишь в том случае, если специалитет вернут туда, где он «действительно нужен»: к примеру, на технические и некоторые естественнонаучные дисциплины. В то же время, можно вспомнить, что в марте 2022 года был утверждён новый перечень специальностей и направлений подготовки в вузах, который предполагал создание основы для системы «2+2+2», в рамках которой студенты могли менять свою специализацию уже через 2 года обучения. Разворот в российских взглядах на систему образования, очевидно, ставит под вопрос актуальность подобных проектов.

На данный момент можно точно сказать: резкого отказа от действующей системы образования в стране не предвидится. Министр Фальков также подтверждает: Россия не собирается «рубить на корню» действующую систему обучения. Бакалавриат и магистратуру не отменят в ближайшем будущем, а значит, единственная опасность, поджидающая студентов и абитуриентов на данный момент – это и без того осложнившаяся перспектива зарубежной мобильности. Однако долгосрочные перспективы развития национальной системы образования пока неясны и во многом они будут зависеть от того, насколько сильно будут видоизменены действующие механизмы.